Тигры в Европе

«Тигры» оказали заметное влияние на войска союзников, высадившиеся в Нормандии. Прежде всего, конечно, вспоминается расстрел немецкими танкистами американских солдат из 7-й танковой дивизии, попавших в плен в районе деревни Виллер Бокаж.

Таким образом зловещий оберстштурмфюрер СС Михаэль Виттман и его небольшой отряд «Тигров» заняли подобающее им место на страницах истории.

Подбитый Тигр

Вспоминает майор И.Б. Арид, кавалер ордена «За безупречную службу» из 4-й лондонского добровольческого полка:

Днем 12 июня 1944 года танки «Кромвели» из 4-го лондонского добровольческого полка рассыпались по полю возле деревни Тилльисюр-Сель. Одна рота несла дозор, остальные экипажи отдыхали после тяжелого боя. Стояла жара, было почти тихо.

Полковник Лорд Кремли уехал к вышестоящему командованию и командиры рот разговаривали между собой о том, с каким приказом возвратиться командир. Вскоре полковник подкатил на джипе и, спрыгнув на землю, приказал выступать незамедлительно.

Мы двинулись по длинному и сложному маршруту, конечной целью которого был городок Виллер-Бокаж. Люди были рады покинуть это негостеприимное поле к северу от Тилльи и мало кто мог подумать, что на том конце маршрута их ожидает смерть.

Острие наступления было направлено вдоль узкой дороги на крайнем западном фланге английской армии, почти на стыке с американцами. Пройдя 24 км по тряской и пыльной грунтовой дороге, передовой отряд достиг шоссе Комой-Кан.

Справа были видны дымы и вспышки пламени — там 1-я пехотная дивизия американцев отбивала отчаянные контратаки немцев. Слева от нас 8-й гусарский полк был обстрелян противотанковой батареей немцев.

В наступивших сумерках продолжать движение было опасно, поэтому наш полк расположился походным лагерем к северу от перекрестка.

Ранним утром мы продолжили наступление. Впереди шли танки роты «А», затем двигались разведчики, а следом за ними — рота «А» 1-го батальона стрелковой бригады. Далее следовал штаб полка, роты «В» и «С» и, наконец, тактическая бригада.

Колонна двигалась на максимальной скорости, противника нигде не было видно.

Местность была необычайно пересечена, дорога напоминала американские горки и горный серпантин одновременно. Спустя несколько часов передовой отряд нашей колонны оказался в прямой видимости от Виллер-Бокажа.

Была получена информация, что город свободен от войск неприятеля, а стоящие на обочине радостные местные жители, казалось, подтверждали это. Рота «А» на полной скорости проследовала через город и, не обнаружив там признаков присутствия неприятеля, быстро вышла к цели — холму, контролирующему дорогу на Кан.

Правда командир роты сообщил о том, что он заметил несколько немецких автомашин на холме к северу от города, однако другие заявили, что ничего подобного не заметили, поэтому этот случай был оставлен без внимания.

Рота заняла позицию и все выглядело спокойно. Штаб переправился через реку Сель и вошел в город.

Разведка выслала дозор на юг к дороге на Онэ — вероятно это была самая южная точка, которую союзники достигли к этому времени в Нормандии. Дозор обстрелял немецкую автомашину и взял в плен ее пассажиров. Среди пленных оказался немецкий офицер-квартирмейстер.

Полковник Крепли решил лично проинспектировать на своем джипе позиции роты «А» и пехотной роты, расположившейся на левом фланге, а также различных вспомогательных подразделений, занявших восточные окраины города.

Некоторое время все было спокойно, как вдруг разразилось нечто неописуемое. Бронемашина лейтенанта Инграма и десяток полугусеничных бронетранспортеров пехотной бригады почти мгновенно были подожжены немцами.

Танки, прикрывающие штаб, двинулись вперед по узкой городской улице. В этот момент немцы открыли плотный пулеметный огонь из окон верхних этажей. С домов посыпалась черепица, это ударили немецкие 88-мм орудия. Из дыма и пыли медленно выехал «Тигр».

Майор Карр — заместитель командира полка — открыл огонь по немецкому танку из своей 75-мм пушки, однако снаряды рикошетировали от бортовой брони танка, хотя огонь велся практически в упор.

Немецкий танк развернул башню и сделал несколько ответных выстрелов. Танк майора загорелся, а сам Карр получил серьезное ранение. Другие члены его экипажа также были ранены или убиты.

Затем «Тигр»по очереди поджег еще один «Шерман», разведывательный бронеавтомобиль и полугусеничный бронетранспортер. Три оставшихся штабных танка развернулись и начали отступать в разные стороны. Помощник адъютанта, капитан Дайас — командир последнего уцелевшего «Кромвеля» — заметил, как «Тигр» проехал мимо него и попытался зайти немецкому танку с кормы. Однако в это время немец попал под огонь танков роты «А» и решил отступить. Танк Дайаса попал в западню и был подожжен.

Однако Дайасу удалось выскочить из горящего танка. По пути капитану попался один из подбитых английских танков, из люка которого свисал ларингофон. На удивление, радиостанция подбитого танка работала нормально и Дайас передал командиру роты «В», майору Ариду ситуацию, в которую попали подразделения полка на восточной окраине города.

Поскольку роты «А» и «В» поддерживали радиосвязь, майор Арид решил принять командование на себя. По мнению майора немецкие танки должны были зайти в тыл роты «А» со стороны дороги на Эвреси и таким образом отсечь роту от остальных сил полка. Вместе с ротой отрезанными оказались несколько бронетранспортеров стрелковой бригады и расчетов противотанковых пушек.

Полковник, который тоже оказался отрезанным от основных сил полка, решил провести разведку по направлению железной дороги, чтобы вернее оценить ситуацию и найти путь к отступлению.

Командир бригады Хайнд, который руководил своими солдатами из разведывательного бронеавтомобиля, приказал удерживать город любой ценой. Майор Арид начал организовывать оборону. Вскоре прибыло подкрепление, немного регулярной пехоты и несколько противотанковых пушек.

Их, а также имевшиеся танки Арид распределил вдоль улиц города, прикрывая подступы к площади. На юге, лейтенант Симоне, командир разведывательного отряда, потерял танк, и был вынужден отступить. Раненного Симонса подобрали французские крестьяне, которые укрывали его до тех пор, пока лейтенант не поправился и смог отправиться к своим.

Поэтому Симоне практически ничего не смог добавить к картине боя. Рота «С» занимала высоту к востоку от города.

После полудня немцы предприняли наступление ил позиции роты «А». В атаке участвовали несколько «Тигров» и пехота. Командир роты майор П.М.Р. Скотт, кавалер «Военного креста» и его офицеры вместе с майором Райтом из стрелковой бригады сидели в канаве и обсуждали положение, когда началась атака.

«Тигр» неожиданно выскочил со стороны дороги на Виллер-Бокаж, с ходу подбив несколько «Кромвелей» Тем временем немецкая пехота атаковала позиции англичан на востоке. Майор Скотт был убит на месте, почти все танки горели.

Офицеры и солдаты, пытавшиеся отступить, были или убиты или взяты в плен. Полковник Кроили тоже был убит. Уцелеть удалось только капитану Милнеру (Миног) из стрелковой бригады, который дождавшись темноты, сумел уйти с холма 213.

Воодушевленные начальным успехом, немцы подготовились к атаке на город. В течение четырех часов шла непрерывная дуэль.

С одной стороны действовали лейтенант Коттон, кавалер военной медали, командующий отрядом из трех «Кромвелей», одного «Шермана Файерфлай», подразделением пехоты и несколькими противотанковыми пушками.

С другой стороны вели огонь три «Тигра» и один Pz IV. Танк Коттона был вооружен 75-мм пушкой, бесполезной против немецких танков, поэтому лейтенант отвел свою машину в гараж и руководил боем по радио.

Первый «Тигр» был подбит выстрелом 6-фунтовой пушки, которую навел на цель сам Коттон. Сержант Бремелл вел перестрелку с другим Тигром, который укрылся за домом.

Фугасным снарядом Бремелл разрушил строение и обнаружил, что немецкий танк серьезно поврежден. Тогда сержант прикончил «раненного зверя» бронебойным снарядом 17-фунтовой пушки.

Сержант Локвуд и капрал Хори укрылись в засаде и ждали, пока к ним приблизятся третий «Тигр» и сопровождающий его Pz IV, а затем подожгли оба танка.

Тем временем подоспела французская пожарная команда, что оказалось полной неожиданностью для немцев. Ценой неимоверных усилий французам удалось сбить огонь с горящих танков и не допустить большого пожара. Эта небольшая победа вдохновила англичан и немного смягчила горечь общего разгрома полка.

Понеся потери, немцы отказались от продолжения танковой атаки. Тем не менее, немецкие танки, заняв безопасную позицию, открыли огонь по всем подозрительным целям, активность немецкой пехоты, засевшей в домах и за живыми изгородями, возросла.

За несколько часов до наступления темноты был получен приказ оставить город и отступить к деревне Амэсюр-Сель, расположенную примерно в 4 км к западу и где вот уже почти сутки занимала позиции тактическая бригада.

Выполнить приказ было нелегко, так как многие участки дороги простреливались немцами или были слишком узки, чтобы «Кромвели» могли развернуться.

Только благодаря мощному артналету на позиции немцев американских 155-мм и английских 25-фунтовых орудий, ведших огонь фугасными и дымовыми снарядами, пехота и две уцелевшие танковые роты смогли проскользнуть к Амэ.

Танки 8-го гусарского полка тоже подошли к деревне. Линии коммуникаций прикрывали танки из 1-го королевского танкового полка.

К счастью ночь прошла без происшествий и майор Арид со своим новым адъютантом смог реорганизовать уцелевшие войска. Полк потерял штаб и одну танковую роту — 14 офицеров и сотню солдат. Стрелковая бригада также понесла тяжелые потери.»